Если бы Апостолу пришлось огорчить своими упреками Коринфян, то, понятно, он и сам остался бы в огорчении, ибо кто же в Коринфе, помимо христиан, мог доставить ему какую-нибудь радость? А христиане эти были бы огорчены Апостолом, и им было уже не до того, чтобы заботиться о радости его.